Интересная статья об адвокатском деле

Наткнулся на интересный материал, касающийся дел о шпионаже и гос.изменах. При этом в самой статье не менее интересные ссылки. Категорически рекомендую к прочтению как основную статью, так и прочие — в частности про назначаемых следствием адвокатов. Буков много, но я че-то прям взахлеб.

Молодым родителям на заметку

Копался в медузе, нашел пару простых и коротких, но, наверное, полезных мануалов по обращению с мелкими.

Хорошо что существуют такие коротенькие шпаргалки по вполне актуальным, современным проблемам — вряд ли лет 10 назад кто-то мог даже подумать что у инете ребенок может заниматься чем-то опасным. Хотя не стоит пренебрегать и годной «большой» литературой, которая поможет рассказать о тех вещах,  которых все почему-то стесняются. Помню, когда мне было лет 7 или 8, маман вручила мне книжку с длинным интригующим названием: «Энциклопедия сексуальной жизни. Физиология и психология. Для детей 7 — 9 лет» (кстати, предлагаю скачать — годная книженция). Я ее внимательно изучил, осознал в меру своих познаний в биологии, и не терроризировал маман сложными вопросами =). Тут, главное, книжку хорошую подобрать, а не ту в которой кот повесился:mrgreen:

The cake is a lie: о создателе пакетиков сахара

via @ www.vokrugsveta.ru
Согласно одной, изобретатель сахарного пакетика однажды зашел в кафе и увидел, как посетители трясут надорванным с одного края стиком над чашкой, чтобы высыпать сахар. Он впал в глубокую депрессию и в итоге повесился. Ведь по его задумке нужно было разламывать стик посередине пальцами одной руки. Вторая легенда гласит, что этим самоубийцей был бизнесмен и изобретатель из Ньй-Йорка, сын русских иммигрантов Бенджамин Эйзенштадт. Все вранье.
Стик для сыпучих продуктов, в том числе сахара, придумали в 1970-х в японской Sanko Machinery Co. Преимущество новой упаковки заключалось не только в удобстве формы, но и в экономии материалов по сравнению с прямоугольным пакетиком. В начале 1990-х во время поездки в Японию американский бизнесмен Нил Козарски увидел стики и вскоре заключил с Sanko партнерское соглашение. На американском рынке пакетики появились в 1996 году. Компания Козарски T.H.E.M. до сих пор выпускает в стиках все, что удается туда запихнуть.

Так при чем же здесь Эйзенштадт? Оказывается, ему принадлежит сама идея упаковывать сахар порционно. В 1945-м он, будучи владельцем фирмы по упаковке различных продуктов, наладил выпуск плоских пакетиков сахара прямоугольной формы. До странности наивный бизнесмен не стал оформлять патент на изобретение, а поспешил показать его главам крупных чайных корпораций. Те оценили идею по достоинству, и со временем сахарные пакетики появились в каждом кафе мира, а их создатель, разумеется, не получил при этом никакой прибыли.
Ну и Эйзенштадт не повесился. Бывший президент компании Cumberland Packing Corporation умер своей смертью, немного не дожив до 90 лет.

Еще один пример того, как красивая (хоть и изначально неправдоподобная) история оказалась фейком, причем в корне отличающимся от истины.

Есть такая профессия — люлей получать

via @ http://www.fontanka.ru
В аэропорту «Пулково» произошел конфликт между участниками сатанистсткого музколлектива Belphegor из Австрии и лидером «Народного собора», помощником депутата Виталия Милонова Анатолием Артюхом. Православный активист в ответ на недоброжелательную речь получил удар в бедро.
«Видимо, он не очень хорошо понимает по-нашему, воспринял мою речь как агрессию и напал на меня. Я получил удар ногой в бедро, – пояснил Артюх. – Еду снимать побои в травмпункт».

via @ https://baltika.fm
На пляже в «Дюнах» нетрезвые нудисты напали на помощника депутата Заксобрания Виталия Милонова, руководителя петербургского отделения движения «Народный Собор» Анатолия Артюха, сообщил «Радио Балтика» пострадавший.
«Там были пьяные голые люди, около 10 человек. Сидели, распивали спиртное. На меня набросились с оскорблениями. Чуть не избили моих соратников. Очень грубо себя вели. Угрожали, что «раньше таких резали». Буду отрабатывать ситуацию в законодательном порядке, сейчас составлю заявление в полицию» — возмутился Артюх.

 Ну, я даже не знаю что тут сказать =))

Стандартный разговор клиента с оператором тех поддержки

Стандартный разговор клиента с оператором тех поддержки:
— На столе два яблока, возьмите красное.
— Где?
— Перед вами стол. На нем тарелка. На тарелке яблоки. Возьмите красное.
— Стол? Деревянный такой, под белой скатертью?
— Да, в комнате один стол. Возьмите яблоко.
— Какое? Тут тарелка, чайник, корзинка с булочками. Булочки с корицей, с маком и три пирожных…
— Нам не нужны булочки. Возьмите с тарелки красное яблоко.
— С белой тарелки в зеленой цветочек?
— Тарелка у вас может быть любой, это не важно. Возьмите красное яблоко.
— Зеленое или красное?
— Красное.
— Рукой?

Наша Мать больна

— Наша мать больна! У нее цирроз ног, сифилис рук и дефицит извилин!
— Как ты можешь так говорить?! Это же наша мать!
— Вот результаты анализов, надо срочно что-то делать.
— Не любишь мать — так и скажи! Ты просто плохой сын.
— Я как раз люблю мать. И поэтому говорю: надо срочно ее спасать!
— Ерунда, она в отличной форме.
— Как же, в отличной! Вот результаты: кровь, желчь, реакция Вассермана. Заговаривается, думает, что сейчас 1945 год.
— Больше слушай Васcерманов. Вот я действительно ее люблю. Посмотри, какой ролик я снял про маму, про ее героическую молодость. Класс?
— Класс, да, класс. Но сейчас-то она болеет.
— Вот что ты за человек! Видишь только плохое! Я тебе про то, как она нас растила, какое было сложное время, как она боролась, а ты про какие-то болезни.
— Она очень плохо выглядит.
— Как ты можешь так говорить! Матерей не выбирают. Я считаю ее самой красивой!
— То есть ты предпочитаешь не обращать внимания на болезни?
— Вот заладил: болезни, болезни… У всех болезни. Это все соседки по лавочке клевещут из зависти. Анна Петровна давно точит зубы на ее сумку с колесиками.
— У Анны Петровны «мерседес». Зачем ей мамина сумка с колесиками?!
— Как ты наивен! Или не наивен, а притворяешься? Может, ты хочешь быть в доле, когда соседки сумку на колесиках делить начнут?
— Что ты несешь?! Какая сумка?! При чем здесь вообще я? Я тебе показываю результаты анализов…
— Кто их тебе дал? Анна Петровна?
— Нет, врач.
— А врачу кто дал?
— Врачу никто не дал, он врач, он взял анализы и написал результаты. Почитай, тут ужас.
— А ты думаешь, Анна Петровна ничем не болеет? У нее насморк, между прочим!
— Насморк? Я тебе про цирроз и сифилис, а ты мне — насморк!
— Насморк что, не болезнь?
— Болезнь, конечно, но…
— Вот! Все остальное — демагогия! Болезнь поднимет с колен иммунитет. Болезнь — это новые возможности.
— Если лечить. А ты вместо того, чтобы купить лекарств, всю мамину пенсию потратил на ролик о ее героическом прошлом.
— Зато вся лавочка ей завидовала!
— Чему завидовать? Она уже месяц не выходит из дому. У нее искривление глаз, заворот ушей и перелом мозга. Она может умереть!
— Ну сам посуди, если до сих пор не умерла, значит, справляется. Логично? Цирроз и сифилис — это просто наша семейная традиция.
— Нет, нелогично. Вот Галина Ивановна тут умерла, хотя тоже до этого не умирала. Болела, болела и — умерла.
— Но она не была такой героической женщиной. Это во-первых. Во-вторых, у нее не было таких сыновей, как мы. Особенно я. Ты — не знаю, ты все время про маму гадости говоришь. Я, кстати, не уверен уже, что ты мой брат и ее сын. И не похож даже. На Анну Петровну вот похож… У нас в семье, знаешь ли, принято к матери относиться с уважением, а не вопить на весь двор, что у нее сифилис.
— То есть ты не собираешься ничего делать?
— Я-то как раз делаю, пока ты болтаешь. Вот, смотри, я спою песню. Наша мааать — здоровей всех на свееете! Несоглааасных утопим в клозееете! Наша мааать здоровее всех в мииире, несоглааасных замочим в сортииире! Любишь мать?
— Люблю, но…
— Тогда пой!

(с) Александр Маленков
Главный редактор MAXIM

Деды воевали

@ jenni.shpak

Как о войне рассказывают в Бельгии.
Расскажу-ка я вам, как про войну рассказывают детям в той школе, куда пойдет мой сын в следующем учебном году.
Берут они с собой старшеклассников, которым по 16-18 лет, и едут куда-нибудь по местам боевой славы, в местные аналоги деревни Крюково. Там у всего класса отбираются все гаджеты. А взамен выдается рация, одна на взвод, каждому — вещмешок, оружие и форма, взаправдашняя — когда-то принадлежала участнику войны. На шею каждому вешается опознавалка — кто-то становится сержантом Янссеном, кто-то рядовым Ван Молем, имена все из того взвода, который конкретно эту деревню оборонял. Высаживают всю ватагу километров за 15 от деревни, и топают детки по жаре со всем своим барахлом.
Часа 2-3 топают. Оружие, которое не так много весит поначалу, становится очень тяжелым. Рюкзак натирает плечи. Хочется бросить тяжеленные вещмешки и полежать. Хочется поболтать, подурачиться, а нельзя. Тот, кому сержант достался, должен всю эту толпу держать в порядке — чтоб шли тихо, не орали, не отставали, вперед не забегали и не дурили (представьте себя 17-летнего на месте какого-нибудь пацана, которому надо внезапно сдерживать 15 человек своих одноклассников).
Доходят они до деревни, тут их преподаватель-командир ведет к дому, останавливаются. — Кто тут рядовой Ван Мол? — Я! — Когда ваш взвод подошел к этому месту, рядовой Ван Мол подорвался на мине возле этого дома. С этого момента «рядовой» молчит. Идут дальше. — Кто тут рядовой Стевенс? — Я? В этом месте взвод был атакован, рядовой Стевенс был ранен в бедро и погиб на месте от потери крови, помощь не успела подойти. И так идут они дальше, пока не доходят до кладбища, и не видят, как стоят в ряд, один за другим, камни с именами тех, чьи опознавалки у них на шее. И понимают, что из 15 в живых остались двое — таких же, как они, восемнадцатилетних салаг, которым хотелось дурачиться, слушать музыку, трепаться с противоположным полом, танцевать и целоваться, а вместо этого — жажда, голод, холод, боль, страх, усталость, и для очень многих — внезапная и страшная смерть.
А песен про «Хотят ли бельгийцы войны» тут нет, если не ошибаюсь. И про «деды воевали» я тут никогда не слышала.

Очень грамотно, ящитаю.